Всё то, что стихи…

10847278_652847601527224_6541005637438553315_oИрина Алексеева

                                                                                                          Ощущаю мир во всем величии,
Обобщаю даже пустяки,
Как поэты, полон безразличия
Ко всему тому, что не стихи.
Николай Глазков

     Прошёл 42-й Грушинский…  Отшумел, отпел-отзвенел, откудесничал на волжском берегу.          Поэт Николай Глазков не бывал на Грушинском фестивале, но сейчас именно он помогает мне разобраться в сумбуре воспоминаний  о  недавних Грушинских днях и  ночах,  обобщить «даже пустяки» и срифмовать цветущий цикорий с каплями волжской воды, а голоса людей поющих   – с тёплым июльским разнотравьем…

Да что же там было стихами – на 42-м Грушинском, чтобы стало мне не безразлично? Что просилось стать яркой метафорой, или глубокомысленной цезурой, или философски афористичной строкой? Пустое занятие – подсчитывать поэтические богатства Грушинского.  А вот так – стихами было всё…  Как будто идёшь через поляну фестиваля, как сквозь звенящую поэму и «ощущаешь мир во всём величии» — величии счастья жить.

Поэма началась ещё в поезде Москва – Тольятти, когда я оказалась в одном купе с бардом Борисом Щегловым и его женой  Галиной. Эх, и поговорили мы «за жизнь, за песни, за Россию и её пути-дороги»… так и не заметили, как  оказались на станции «Жигулёвское море» в объятьях службы встречи, вернее, в объятьях Володи Стригуна …  И вот  уже — посёлок Прибрежный, и вот  знакомый дорожный  серпантин вниз – к фестивальной поляне. На «лифане», упорно проходящем тест-драйв, нас провезли мимо стоянки машин, оставленных на въезде на фестиваль приехавшими гостями. Утро четверга, только начало, а стоянка уже выглядит огромным собранием автомобилей всяческих марок с номерами из любых регионов нашей страны. Машин сотни… И над торговой поляной вьётся дымок, что-то там жарится-парится, и вокруг разноцветье тентов, под которыми и сувениры, и рюкзаки, и плащи от дождя, и что-то ещё крайне необходимое гостям фестиваля. Их тут во всю ждут, а многих уже дождались и успели  окружить  заботой.

А вот и лагерь «Гостиный двор». Нас встретили наши давние  друзья Юра Карпов и Полина. И вскоре появилась внучка Бориса Есипова Ульянка, моя дорогая девочка. А вот Маша Кейльман! А вот и Борис Рафаилович!  Ещё не совсем замученный фестивальной жизнью, улыбающийся. Ну вот, со всеми перецеловались-переобнимались. Бориса и Галину, забрав их рюкзаки, хозяева увели в один из щитовых  домиков, расположенных напротив «Гостиного двора»,  а меня Юра Карпов проводил до зелёной палатки, которая стала моим домом на фестивальное время. Как раз напротив такой же палатки, приютившей петербуржцев Валентина Вихорева и Владимира Шемшученко.

И так всё уложилось в начало фестивальной поэмы – и дорога к «Гостиному двору», и белый шатёр «Грушинской академии», и ставшие родными лица, и зелёная палатка под берёзой…

Если выйти из лагеря «Гостиный двор», пройти немного по поляне перед главной сценой, попадаешь на дорожку, ведущую к шатру Грушинской академии, где установлена экспозиция, посвящённая жизни Валерия Грушина, и где замечательная женщина Тамара Муравьёва рассказывает неофитам о подвиге молодого человека, чьё имя носит фестиваль…  С дорожки, по которой попадаешь в этот походный музей, прекрасно видна лестница, ведущая с платформы к поляне фестиваля. И видно идущих по ней людей…

Я засмотрелась на эту картину, но меня забрал в полон Эдуард Филь и увёл в лагерь «Пилигримов», где начинался конкурс поэтов. В четверг – первый тур…

Наверное, настоящий фестивальный обзор надо бы написать тому, кто приехал с целью увидеть и услышать, как можно больше на Грушинском. А я проработала два дня в жюри конкурса поэтов – и в первом, и во втором туре, провела вместе с Володей Шемшученко и Николаем Графовым две мастерские в Грушинской академии, и ещё выступила на четырёх сценах пять раз с чтением своих стихов … И не всё я успела увидеть, и не все песни я смогла услышать, даже не у каждой сцены постояла или посидела на траве…

Но я там была – на 42-м Грушниском, и не могу не сказать людям: это было прекрасно! Это был блистательный фестиваль, необходимый людям, выполнивший свои основные задачи (как я их понимаю): Грушниский 42-й почтил память Валерия Грушина, дал людям душевное отдохновение и одарил энергией сплочения. Десятки тысяч людей в минуты совместно спетых любимых песен ощутили себя единым целым, — и частью великого единства с именем Народ России…

Я, конечно, многое не успела, как всегда не хватило ни часов, ни минут. Но я успела пройти по фестивальной поляне, по фестивальному городу – до берега Волги, и в других направлениях: и к лагерю «Зазеркалье», и к сцене «Костровая», и к лагерю «Мы вместе», и к «Пилигримам», и просто так — куда глаза глядят. А глаза глядели на тысячи палаток, на всяческие стоянки современного поющего-слушающего человека, на бродяжий уют романтиков. Могу сказать в соответствии со своим фестивальным опытом, что в этом году июльский город на волжском берегу населяли около ста тысяч человек. Концерт на Горе пришли слушать около двадцати тысяч. Читала официально заявленные цифры, но они не соответствуют тому, что я увидела в фестивальном палаточном городе. В пятницу и утром в субботу по лестнице люди шли и шли вниз, на поляну, а стоянка машин наполнялась кроме автомобилей ещё и туристическими автобусами.

Для меня 42-й Грушниский – шестнадцатый фестиваль, первый раз я приехала в 2000-м. Никого тогда не знала, а теперь все тут как родные.

Да, наверное, надо как-то по порядку. Но как упорядочить радость, оставшуюся в душе?..

Ненадолго вернусь в лагерь «Пилигримов» на конкурс поэтов. В нём приняли участие 35 авторов из разных городов и весей России и даже из других стран. Общение с поэтами – всегда для меня какое-то счастье явно-потаённое. Как будто скукоживается представление о вечном одиночестве пишущего человека, и ты ему – одиночеству — показываешь фигу: «Вот тебе, отвернись пока, смотри в другую сторону… Вот нас тут сколько, не до тебя…»

Очень приятно говорить с людьми, живущими словом. И радостно, что они есть везде в России и не пустеет пространство русского языка. И говорю сейчас русским поэтам: «Приезжайте на Грушинский, поговорим… Почитаем друг другу стихи…» И вспоминаю Экзюпери, чьё имя на 42-м Грушинском звучало постоянно… Его слова про роскошь человеческого общения…. Да!  И не только слова: на Грушинском нам преподнесли чудесный подарок: на главной сцене фестиваля состоялся показ совершенно фантастически прекрасной песочной анимации по «Маленькому принцу» Экзюпери. На экране по мановению рук волшебника возникал чудесный мир и звучали живые голоса актёров, которыми были в этот вечер и профессиональные артисты, и приехавшие на фестиваль барды… И даже Борис Кейльман стал участником спектакля, его голос многие, конечно, узнали.

Из подарков, преподнесённых организаторами фестиваля нам – спектакль по песням и воспоминаньям Александра Городницкого, поставленный Самарским театром и исполненный молодыми самарскими актерами. Если песни подхватила молодёжь, значит, суждена им долгая-долгая жизнь…

В этом году фестивальные дни совпали с личным праздником Вадима Мищука – с его днём рождения, и его поздравили и на фестивальной поляне и тысячи слушателей на Горе. Прекрасный дуэт Валерия и Вадима Мищуков – давно уже классика авторской песни, замечательный пример братского сотрудничества творческих личностей. И всегда большая радость их слушать.

Ещё замечательным сюрпризом и для меня, и для многих-многих приверженцев авторской песни стал потрясающий концерт  Анатолия Киреева на главной сцене. Я вот даже и не знала, что он приехал на фестиваль, и вдруг услышала издалека знакомый голос и знакомые слова: Подари мне рассвет у зелёной палатки… И оказалось, что это самый настоящий Киреев стоит на сцене и поёт… И так это было хорошо, что я до сих пор не могу нарадоваться, вспоминая эти минуты… И сейчас вместо нормальной человеческой статьи хочется писать что-то такое: Киреев Толя, вот она – палатка, ты только пой, — придёт как друг рассвет, и пусть по жизни всё не слишком гладко, ты только пой, — другого счастья нет…

Но как-то надо держать себя в руках. Ещё столько всего не рассказала…

Немного про свои выступления. Выступила вместе с Валерой Афанасьевым (мой соавтор по песням) на сцене «Победа» и на «Костровой», и на Главной (номер 3). На Главную пригласила ещё одного соавтора Фарида Сафруддинова (Алматы). Такое чувство было странное перед этим выступлением. Какая-то опаска. Было назначено время на 15.15. Перед нами должен был начинать программу Алексей Бардин, но у него возникли проблемы, и его выступление отменилось. И оказалось, что нам надо будет выступать перед пустой поляной (так я думала, потому что это было начало дневных выступлений). Но когда мы пришли к сцене, оказалось, что несколько десятков человек уже пришли и ждут концерта…  Мне захотелось всех их перецеловать. И я начала со стихотворения про Волгу:

                    Сохрани на губах капли волжской воды –

                    в них утонет как не было жажда-вражда,

                    и не станет на свете печали-беды

                    и настанет, наверное, день навсегда…

                    И лоскутики сини упрячь ты в глазах –

                   (от реки и от неба по нитке возьми)…

                    И под взглядом твоим вдруг скукожится страх,

                    И наступит любовь между всеми людьми…

                    Собери на рассвете над Волгой лучи –

                    сколько сможешь, хотя бы один или два.

                    И на волжской воде для меня начерти

                    Тихой утренней песни простые слова…

Так хорошо было смотреть на небо над фестивальной поляной… Синее-синее…

А за нами следовало выступление Бориса Шеглова – заслуженного барда, геолога, путешественника, поэта и зажигательного гитариста. Зажигающего гитариста! Меня он точно зажигает и сразу хочется танцевать, когда он поёт и играет свою песню «Круговая чаша». Хорошо, что рядом с Главной сценой есть подходящая площадка… Я там и потанцевала, пока Борис пел…

Вечером, в пятницу на Главной сцене был намечен концерт, посвящённый 70-летию Великой Победы, в котором должны были звучать песни времён войны и стихи о Великой Отечественной, о Великой Победе… И перед этим предполагалось шествие с победными флагами, на которых напечатали фотографии наших близких – ветеранов ВОВ.

На одном из флагов был изображён мой отец – Любецкий Саверий Степанович, прошедший по дорогам войны с её первого дня. Он в сорок первом вывел свою роту из окружения, защищал Москву, освобождал Тулу, Орёл и Белгород, участвовал в Курской битве. И я знаю, ему бы понравилось, что на Грушинском он стал одним из победных знамён… Но я не успела на то шествие, флаг с портретом моего отца пронёс кто-то из юных самарцев… Но потом Ульянка принесла мне флаг и мы с отцом были вместе на Главной сцене, и казалось, что вместе спели «Катюшу»: я взяла с собой флаг на сцену, когда исполнялась заключительная любимая песня. Мы стояли с краю сцены в обнимку с Андреем Крамаренко и Борисом Кейльманом, и мой папа рядом был — на этом знамени. Потом флаг с его портретом вместе со мной провёл дни и ночи в моей палатке, а теперь этот флаг увидели мои сыновья в Подмосковье…

В тот же вечер незадолго до концерта в честь Победы, на Главной сцене выступал Олег Митяев. Его пребывание на сцене – в любом амплуа, — и когда он рассказывает какие-то байки, и когда говорит о чём-то серьёзном, и когда поёт (ну да, особенно когда поёт!) – это праздник для слушателей. Особенное Митяевское обаяние – дар Божий. И Олег Митяев отдаёт свой дар щедро — людям. Ему за это и ещё прибудет…  «Что отдал – то твоё»

Концерт, посвященный Победе, был потрясающий. Столько песен военных спели барды, так это всё прозвучало искренне, и вся поляна, сколько там было людей—тысяча, две? – все подпевали. И актёры Театра на Таганке читали стихи поэтов, прошедших войну, и поэтов, не вернувшихся с войны…  Из спектакля «Павшие и живые»…  Не забуду, наверно, все эти чувства, все-все переживания, диктующие ответ: «Почту за честь!», — когда меня пригласили начать этот концерт стихотворением «Воспоминание о красной звезде», посвящённом моим родителям, пережившим войну:

      На той войне убили не меня,

      не моего отца шрапнель остановила.

      И танков воспалённая броня

      его в бою когда-то защитила,

      чтоб я сейчас жила…                                                                                    

А после начались песни. Первую – Визбора «Военные фотографии» спел Юра Карпов. А потом на сцену выходили  Вадим Егоров, и Андрей Крамаренко, и Наташа Кучер, и Ирина Сурина, и Галина Хомчик, и Елена Фролова, и Рома Ланкин…

Ещё одним из подарков людям, приехавшим на Грушинский в этом году стал концерт Тамары Гвердцители на Главной сцене фестиваля.  Её выход на фестивальную сцену слушатели приветствовали восторженным гулом, как будто огромная волна какого-то шторма обрушилась на причал, — так взорвалась поляна аплодисментами. Гвердцители пела песни Булата Окуджавы. И она пела их превосходно.

Побывала я в Грушинской академии на вручении наград победителям Интернет конкурса, главной движущей силой которого уже пять лет является Эдуард Филь. Помогает конкурсу и Виталий Шабанов – автор идеи Грушинской академии.  На вручении наград были наши победители из разных городов – те, кто смог приехать на фестиваль.   Очень хочется, чтобы интернет конкурс и дальше развивался, мне видится это направление очень важным и перспективным для фестиваля, для поиска талантов, для помощи одарённым авторам.

И самое-самое главное. Концерт на Гитаре. Он был и остаётся главным фестивальным событием. Кто-то смотрит этот концерт на экране, установленном на поляне, или с другого берега, сидя в кафе. Но большинству важно присутствовать на Горе и сопереживать этому фантастическому действу вживую, потому что концерт на Гитаре становится всякий раз событием в жизни. Незабываемым событием. Они каждый год разные, конечно, эти концерты, но всегда яркие. Я помню выступление Любы Захарченко в сопровождении гитары Андрея Баранова – в 2000-ом. И выступление Юрия Шевчука в 2001-ом… И выступление Евгения Евтушенко в  2008-ом…

И помню Виктора Берковского на Гитаре, и Юрия Кукина, и Владимира Ландцберга — в разные годы. Они – ушедшие – присутствовали в концерте на Гитаре-2015 и в песнях, и в кадрах фильмов о Грушинском на экране-парусе…

Концерт этого года на Гитаре был очень хорош. Нет, мало так сказать. Он был потрясающий и незабываемый. И не только составом участников, из которых большинство —любимые и давно знакомые. Просто очень много радости было, много открытий и настоящих глубоких переживаний. Но по порядку. Если сумею.

Очень сильный и достойный состав лауреатов. И он такие какие-то все опять особенные, Откуда столько талантов у нас в стране? Такое впечатление, что их всё больше и больше с каждым годом. Эх, не оскудела земля русская! Большое спасибо Диме Бикчентаеву за воспитание юного прекрасного ансамбля НеЗаМи, большое спасибо Иреку Гитаулину за его давно любимых нами «Витаминок». Спасибо поющим стихи Леонида Губанова – гениального поэта, так мало прожившего на свете, почти не опубликованного при жизни. Его стихотворение прозвучало на Гитаре дважды – в песнях Елены Фроловой и Анатолия Шенберга. Пели лауреаты новые – автор музыки Шенберг и исполнитель Ирина Бархатова. На Горе я сидела рядом с Еленой Фроловой, и мы вместе за них радовались. Все лауреаты были хороши. Порадовалась я и за нашего поэта, ставшего лауреатом Виктора Дурицына, и за Илью Оленева, и за милых девушек забавных «Катюш», и за Екатерину Плетнёву, и за ансамбль – чудесный «Автограф». Но особенно, ну просто до слёз растрогало выступление Алексея Нежевца, он пел песню «Сон» на стихи неизвестного мне прежде белорусского поэта Зыкова (как я запомнила). Пока слушала Алексея, вообще как будто улетела в какую-то другую реальность, утонула и растворилась в песне. И выступление Елены Фроловой… Как бы ни были они все её песни  яркими и талантливыми, но в этом году это было нечто запредельное по красоте – по красоте выбора произведения (она пела греческую песню) и по красоте исполнения…

Вспоминаю сейчас о поющей семье Саркисовых. На Грушинском в этом году была мама Марина с дочкой Таисией и самым младшим членом семьи – сыном Марком. Ему уже лет шесть сейчас, очень самостоятельный юноша, а помнится, как он впервые появился на Гитаре на руках у мамы ещё младенцем. А юная Таисия Саркисова на наших глазах становится настоящей певицей. В этом году на Гитаре она спела песню на стихи Евгения Евтушенко о лётчиках Великой отечественной. Незабываемо: девический прекрасный голос и эти слова – над простором Грушинского, под июльскими звёздами:

                               Погибшие в небе за Родину

                             Становятся небом над ней…

И вот на Гитаре Грушинское трио… Они пели в честь Великой Победы… А начали они с песни «Тёмная ночь» — великая песня военных лет, из тех, которые навсегда остаются в народе, как часть его бессмертной души…. И вслед за ней, за песней ожидания и надежды, — они запели Окуджаву «Десятый наш десантный батальон»! И все встали! Все, пришедшие на концерт, вся двадцатитысячная Гора, и зажглись тысячи огней, и мы все вместе пели о том, что «нам нужна одна Победа, одна на всех, мы за ценой не постоим!» Вот в такие минуты чувствуешь себя частью народа и это чувство единения ощущаешь, как какое-то немыслимое счастье.

Счастливые минуты на Горе всегда связаны и с выступлением Олега Митяева. Его песни – душевное отдохновение для многих-многих людей. Он уже года два – художественный руководитель Грушинского фестиваля и, наверно, обаяние его творческой личности отражается на фестивальном действе. Было очень приятно видеть, как он стоял на Гитаре среди бардов в обнимку с Александром Городницким.

В этом концерте на Горе в начале действа всех подняла по традиции песня Бориса Есипова «Маленькая баллада о большом человеке», посвящённая Валерию Грушину. А уже в конце концерта, когда на Гитару вышел Александр Городницкий и мы вместе с ним запели его «Атлантов» — наших «Атлантов». Я уже давно – много лет тому назад – догадалась, что при исполнении этой песни в зале все встают, потому что понимают, что небо надо держать стоя…

Среди многочисленных приветствий и поздравлений в адрес 42-го Всероссийского Грушинского фестиваля пришло поздравление от капитана легендарного парусника «Крузенштерн» Михаила Вячеславовича Новикова, экипажа парусника и курсантов. И вот на Гитару вышли двое курсантов —. подтянутые молодые люди в красивых морских формах. Им повезло спеть песню «Паруса Крузенштерна» вместе с её автором – знаменитым бардом современности Александром Городницким. Наверно, в морских походах, думая о родном береге, они будут вспоминать и эти минуты на Гитаре…

А дальше произошло такое, чего не ожидал и сам автор наших любимых песен. С Горы начали кричать: «Севастополь!», и потом уже вся Гора скандировала «Се-ва-сто-поль!  в едином порыве. И мы её спели всей Горой вместе с участниками концерта, вышедшими на Гитару, вместе с автором Александром Городницким, вместе с далёким Севастополем: «Этот город вернётся назад, Севастополь останется русским». Не на зов ли песни он вернулся?

Концерт на Гитаре завершился как всегда песнями Визбора: «До после восхождения, до будущей Горы!» и «Милая моя, солнышко лесное» И как всегда мы спели их вместе – всей Горой…

Вот такие стихи окружали меня на 42-м Грушинском.

Слава Богу, у нас есть традиция, созданная самими людьми – есть чем гордиться нашей стране.

Добавить комментарий