Письмо от Вениамина Смехова

 

 

«…Нельзя скушать!»
 
Борису Кейльману, президенту вольной республики «ГРУША» — с почтением — Вениамин Смехов
 
Я был много раз зван на это могучий слет, но попал в свидетели и в соучастники только теперь, в июле 2013. А в 70-е годы довольствовался веселыми пересказами и фотоотчетами о Грушинском фестивале в близком кругу друзей: Юрия Визбора, Виктора Берковского, Сергея Никитина, Дмитрия Сухарева, Аркадия Мартыновского.
Для советских порядков эта сходка поющих «незалитованные» песни сотен тысяч людей была нонсенсом, вопиющим недоразумением. На каждую «Грушу» собирались как на последнюю – так мне запомнилось.

 

 

А в 2013 – «Груша» номер 40!
Почему ее не слопала власть – не понимаю. Может быть, причина кроется в бескорыстном молодом товариществе (формально — сплошных комсомольцев), в стране, где главную официальную песню ежедневно бубнило радио: «…молодым везде у нас дорога…», и «…наше слово гордое товарищ нам дороже всех красивых слов»?
Несколько лет назад, с группой бардов и вместе с Дмитрием Сухаревым, я летал в Осетию. Мы побывали в Беслане, а затем доехали до Цхинвали. Там на главной площади, у фасада изуродованного бомбежкой городского театра, мы исполняли поздним вечером песни и стихи перед многими сотнями людей. По Грушинской традиции, в конце мы запели Визбора: «Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены…» И вдруг защипало в горле: полночная темнота замершей площади вспыхнула массой светлячков, огоньками мобильников! Зрители подпевали, подсвечивали, подмигивали: «…Милая моя, солнышко лесное, где в каких краях встретишься со мною?..»
В Цхинвали песни утешали жителей, травмированных войной, а здесь под Самарой, на Поляне и под Горою, пелось и игралось в утешение самим себе: Мир! Лето! Гитары! Дети!
Однако, наше мирное отечество насквозь пропитано милитарными аномалиями. За три июльских дня я наслушался рассказов о войне между этой сорокалетней, «безвозмездной» Грушей и фестивалем-конкурентом, присвоившим себе то же имя, но основанном на современной и «возмездной» базе. Интересно: организаторы Груши-2 прикармливаются не только за счет мифа-имени, но и за счет календарного совпадения, и ни в какую не согласны уступать классической Груше ничего из своих очевидных выгод: ни имени, ни места, ни времени (июля). А еще интереснее, что перебежчики от тех к этим, под Гору – из числа знаменитых авторов-исполнителей – уверяли меня, что и там «очень здорово, и масса зрителей с детьми и гитарами»… Но при этом несколько смущались: там они выступили и получили заслуженный гонорар, а здесь, на легендарной, понтонной эстраде-Гитаре они отдавали дань старомодной романтике.
Если бы я не пережил сам этих дней и не видел многих тысяч чудаков, с детишками и рюкзаками прущих по бугристым тропкам и через шаткие мостики – туда, где потрясающе поддерживается ПОРЯДОК концертов и быта, где десятки волонтеров мастерят подмостки и всем помогают во всем – я бы, возможно, отдал предпочтение «разумному эгоизму прагматиков» — в пику наивной романтике.
Но вот что было за два месяца до июльского фестиваля в Москве, на Таганке. Телеграфно:

 

 

 

  1. По просьбе и идее Евгения Евтушенко, я придумал в 2012 композицию «Нет лет», по книгам поэта. Поставил спектакль в театре на Таганке и был, признаюсь, счастлив нежданной удаче премьеры.
  2. Поэт, находясь по болезни в США, созвонился с Борисом Кейльманом, и я с обеих сторон получил заманчивый заказ -на гастроли театра, на Грушу номер 40, к 80-летию Евтушенко.
  3. Их заказ напоролся на мой… отказ, когда мне, из соображений экономии, предложили сократить пьесу и состав артистов, ибо для Груши хватит легкого концерта и, прошу прощения, моего личного присутствия.
  4. Евтушенко нашел спонсора. Спонсор (наш общий с поэтом друг) нашел деньги для гастрольного выезда спектакля «Нет лет».
  5. В Самаре нашелся специалист по наилучшему использованию подаренной суммы. Опытных администраторов театра умный специалист навел на грустные догадки – на мотив модного сюжета «распил».
  6. В дело вмешался ветеран фестиваля Руслан Ширяев – и состоялось все, о чем мечталось: театр вылетел в Самару.
И вот 5 июля, в 23.00 спектакль «Нет лет» был сыгран нами (16 актеров) и воспринят зрительным полем (8 тысяч чудаков) на ура!
Заметим: я, конечно, надеялся на гонорары для актеров, но вышло все гораздо лучше: то есть, как всегда – на «главной Груше». Слава Богу, денег хватило на переезд декораций, костюмов и аппаратуры, на перелет и достойные условия жизни для нас, участников (плюс сказочная Волга).
Два важных впечатления мой новый друг, помощник Ирины Зверевой, Александр, после спектакля общался со зрителями. И одна мамаша с ребенком-школьником сказала ему: «Как я рада, что взяла сына на этот спектакль! Теперь я уверена, что он вырастет свободным человеком!»
А в Москве через неделю я позвонил своим актерам и услышал дружное: «Мы были счастливы на Грушинском фестивале!»
Сколько лет жизни подарит судьба благородному собранию авторской песни в предгорье Жигулей — кто знает? Но все участники и зрители – счастливчики. На завтра после спектакля и после отъезда артистов я выступал на Гитаре. Гора сплотила десятки тысяч любителей. Взрывы восторгов – на лирику, сарказм, любимые всеми строки… К самой горе, как к живому великану обращались барды: «Здравствуй, Гора!» И она откликалась! До 3.30 ночи выступило около сорока поющих и один читающий – это я. Восхитили: кумир всех поколений с 60-х годов по сегодняшний день – Александр Городницкий. Прекрасные Вадим Егоров, Олег Митяев, Галя Хомчик. Ухохотавшие Гору Иваси – Алексей Иващенко и Георгий Васильев. Остроумнейший Леонид Сергеев. И виртуозно ироничный, добрый и мудрый Тимур Шаов. Я начал читать Горе стихи Визбора: «Наполним музыкой сердца…» — и еле сдержал слезы, когда навстречу строчкам неисчислимая армия светлячков зажглась, завелась, задвигалась в ритм стиха… «Там было очень хорошо,
И все вселяло там надежды,
Что сменит жизнь свои одежды…»
Есть разные образцы спасателей отечества. Наверное, в первом ряду – врачи, сестры и сиделки в хосписах России, где за умирающими больными ухаживают как за родными людьми, где доблестно и бескорыстно работают на пороге смерти, снижают страхи состраданием, утешают родственников.
В первых рядах защитников – воспитатели детей, учителя, врачи, библиотекари, музейные хранители. Да, сегодня примеры их высокого служения – это исключение из правил. Ответственные «слуги народа», в тяжких трудах по «распилу», в свободное время успевают только бороться с коррупцией и однополыми браками.
Среди спасателей чести родной культуры – те граждане, кто не позволяет русской речи гибнуть в плену у малограмотного большинства репортеров в органах печати, радио и ТВ. Каждая вторая песенка нынешних звезд эстрады ужаснула бы любого редактора районной газеты 60-70-х годов. Если сохранять ценности культуры – значит защищать национальную идею России во имя будущего, то сорокалетняя история Грушинского фестиваля – спасительна для отравленной ауры русской словесности.
Какая подходящая детская загадка с разгадкой: «Висит Груша — нельзя скушать». Ответ: «Электрическая лампочка». Даже для малой части российского человечества эта задушевная лампочка и светит и греет! И кушать такую – навредить здоровью культуры.
Так что: храни Господь эту «Грушу» — такую честную, такую старомодную и такую несъедобную для врагов отечественной культуры.

Фото: Анетта Руж
Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий